29 декабря 2020, 13:00 • СТОПКОРОНАВИРУС.РФ
Эксклюзив

«Врачи — невыносимые пациенты»: доктор из Махачкалы рассказала, как болела дома

Врачи, действительно, являются самыми сложными пациентами: они критикуют назначения собственного лечащего врача и корректируют себе лечение на свое усмотрение. С другой стороны, врачу, который неожиданно сам превратился в пациента, тоже может быть тревожно и страшно, и хорошо, если рядом есть близкие люди, которые выслушают, успокоят и скажут, что все осложнения мира не случатся у него одного.

Врач диагностического центра в Махачкале Барият Азизова рассказала порталу стопкоронавирус.рф о том, как переболела коронавирусной инфекцией, чего боялась и что помогло справиться с тревожным настроением.

— Барият Ганибаловна, к коронавирусу с самого начала относились ответственно?

— В начале года мне казалось, что это очень далеко, и нас не коснется. Потом весной стало расти число заболевших у нас, стало понятно, что все серьезно. Мы соблюдали все предложенные меры: маски, перчатки, санитайзеры и антисептическая обработка поверхностей. На работе это было само собой разумеющимся, а дома непривычно. Я и всех родственников призывала к тому, что нужно соблюдать меры предосторожности. В итоге все равно заболела.

Личный архив Барият Азизовой

— У медиков риск заболеть выше, чем у тех, кто в больнице не работает. Как думаете, то, что вы заболели, связано с работой?

— Удивительно, конечно, но нет. Я работаю в диагностическом центре, у нас проводят и тестирование на коронавирус, и компьютерную томографию — то есть большой поток людей с коронавирусом проходит через нас каждый день. Но мы же все в защите. За весну и лето я не заразилась.

В октябре ко мне приехал родственник, мы с ним пообщались буквально две минуты. У него потом в этот же день проявились симптомы, а у меня — через две недели осиплость, голос сел, в горле стало першить.

— А что-то еще беспокоило? 

— Температура была, но не поднималась очень высоко — чуть больше 37°. Вот когда температура поднялась, я поняла, что заболела. Позвонила участковому врачу в Поликлинику №6, у меня взяли тест, и он показал положительный результат.

— Были к этому готовы?

— Мне было страшно. В прошлом году осенью я перенесла серьезную пневмонию, тогда пришлось лечь в больницу. Болела тяжело, все что делали – не приносило ожидаемого результата. Все время казалось, что делаем мало. Тогда легче стало только на восьмой или десятый день госпитализации. Я после этого еще долго восстанавливалась, съездила в санаторий: соляные пещеры, чистый воздух — все, что нужно для легких, делала. Возможно, это мне сейчас и помогло легче перенести заболевание.

Муса Салгереев/ТАСС

Я очень хорошо помню, как тяжело тогда перенесла пневмонию, поэтому сейчас получить респираторную инфекцию было страшно, и я сразу обратилась к врачу. В этот раз пневмония тоже была, и лечила ее дома. 

— Как дома справлялись?

— Я сразу изолировалась от всей семьи, мне только еду приносили. Как результат — никто, кроме меня, не заболел. В целом, пока лечилась дома, температура поднималась не очень высокая и только под утро. Бывали дни, когда чувствовала себя совершенно здоровой, занималась обычными домашними делами, но без фанатизма. Самая высокая температура была 38,2. Больше беспокоило ощущение сдавленности в груди, всю ночь было такое чувство, будто кто-то давит на грудь сверху. Утром просыпалась с ощущением тяжести в груди и болью. От этого было страшно.

— У врачей есть еще профессиональное отягчающее обстоятельство: врачи видят и знают, как бывает при самых неблагоприятных вариантах…

— Это правда. Довольно сложно заставить себя не думать, что именно у тебя не случатся все осложнения сразу. Мы ведь и на пациентов с тяжелым течением болезни насмотрелись, среди знакомых и родственников такие тоже были, у всех по-разному болезнь закончилась.

В больницу я при этом ложиться не хотела. Мне ещё кажется, что медикам в стационаре быть пациентам труднее чем тем, у кого нет медицинского образования. Врачи – невыносимые пациенты, пытаются сами себя лечить, критикуют назначения лечащего врача. Когда мои коллеги лечили моих родственников, мне казалось, что коллеги что-то делают не так, я бы сделала по-другому, конечно, это раздражает. Меня бы тоже раздражало. Поэтому лечилась дома, прислушивалась к малейшим изменениям в самочувствии, принимала таблетки в соответствии с предписанием лечащего врача. Что тоже тут приятно удивило — таблетки хотя и достаточно дорогие, выдали совершенно бесплатно. 

Еще в окно смотрела: считала, сколько бригад скорой проезжает. Если больше десяти в день — плохо дело, обстановка ухудшается, а если одна-две в течение дня — вроде и ничего.

А поддерживали меня мои сотрудники, коллеги, друзья, семья. Я звонила тем, кто уже переболел, спрашивала, как у них было, как прошло, как сейчас дела. Мы и раньше всегда на связи были, когда они сами болели. Врач участковый тоже всегда оставалась на связи — они меня все успокаивали, что так бывает, что это все пройдёт. Так что справиться с тревогой получилось исключительно благодаря поддержке.

— Родственникам всем сказали, что заболели или решили не волновать?

— Сама всех обзвонила и всем сказала. Особенно тем, с кем виделись, чтобы дома сидели по возможности. Зачем скрывать? Некоторые пациенты, я потом про них узнавала, не только скрывали, но ещё и на улицу ходили, как будто бы не болеют. Это опасно. Наоборот, я считала, что заражать никого не хочу, поэтому я изолировалась от всех. К себе никого не пускала, со всеми общалась по телефону. Все звонили – поддерживали меня, мне было приятно, становилось легче.

— Когда стало легче?

— Я по тому, как звучит мой голос, стала понимать, что начала выздоравливать. Во время болезни голос был надсадный, не мой, не звонкий и не чистый. А когда симптомы стали уходить, голос вернулся, дышать стало легче. Пока болела, очень боялась ночью задохнуться, такая тяжесть в груди была. Мне когда звонил кто-нибудь, я так и говорила, что боюсь не проснуться от того, что задохнусь. И вроде сама понимала, что это больше паника, чем реальность, а все равно страшно.

Когда температура перестала подниматься, я уже успокоилась. Появились силы не зацикливаться на болезни.

Была крепкая внутренняя убежденность, что в результате все будет хорошо. Это ощущение, правильное лечение и поддержка близких людей — то, что действительно очень сильно помогает справиться с болезнью.   

К списку новостей